?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous Next Next
Кто Вы такой - Эрнст Тельман? - kostyad
kostyad
kostyad
Кто Вы такой - Эрнст Тельман?
Оригинал взят у ganfayter в Кто Вы такой - Эрнст Тельман?


ЭРНСТ  ТЕЛЬМАН (1886-1944)
родился в Гамбурге, в семье хозяина кабачка. В 1888 г. отец Тельмана был арестован за перепродажу краденого. После окончания начальной школы Эрнст скитался без работы, ночуя в ночлежках злачного района Санкт-Паули. В 1906 г. был призван в армию, в 1907 г. уволен по состоянию здоровья. Нанявшись на океанский пароход «Америка», совершил три рейса кочегаром, после чего покинул корабль. Пытался наняться рабочим к американскому фермеру, но в 1908 г. вернулся в Германию. Поработав грузчиком и транспортным рабочим, Тельман стал профсоюзным активистом. В 1915 г. был мобилизован и направлен на Западный фронт. Демобилизовавшись в 1919 г., он не смог найти постоянную работу.
Взгляды Тельмана становились все более левыми. Он был избран  депутатом гамбургского парламента и председателем гамбургской организации Независимой социал-демократической партии Германии (НСДПГ), которая в 1920 г. соединилась с Коммунистической партией Германии (КПГ). Постепенно Тельман выдвинулся в КПГ на первые роли, в 1923 г. стал членом ее ЦК. В том же году участвовал в подготовке вооруженного коммунистического переворота в Германии: руководил на севере страны созданием «групп Т» - небольших террористических отрядов, предназначенных для деморализации армии и полиции. В ночь на 23 октября 1923 г. Тельман вместе с присланными из СССР военными советниками (Л. Рейснер, Д. Ламадзе и А. Бубновым) попытался с оружием в руках захватить власть в Гамбурге. Это выступление сопровождалось грабежами и убийствами жителей «буржуазных» кварталов. Попытка провалилась, на Тельмана было заведено уголовное дело, и лишь депутатская неприкосновенность (Тельман был избран в Рейхстаг) не дала довести его до суда.

Тельман - один из ведущих деятелей Коминтерна: с 1924 г. он был членом Президиума ИККИ и одним из заместителей его председателя. С 1925 г. возглавлял «Союз красных фронтовиков»; в этом же году побывал в Москве и познакомился со Сталиным, который высоко оценил его деятельность. Вернувшись в Германию, Тельман возглавил борьбу за «большевизацию» КПГ, означавшую ее полное подчинение советской разведке. Осенью 1925 г. он был избран председателем партии и сразу же обвинил в оппортунизме ее прежних лидеров (Фишер и Брандлера), которым до этого публично клялся в преданности. Под руководством Тельмана КПГ перешла на советское финансирование. Ежегодно немецкие коммунисты получали от сотрудников советских представительств в Германии 150 000 марок (что составляло половину бюджета партии). Кроме того, регулярно выделялись большие суммы для специальных мероприятий. Например, в 1926 г. КПГ получила 120 000 марок на организацию референдума о конфискации имущества бывшей элиты империи, 100 000 марок на организацию Конгресса трудящихся и т.п. На советские деньги были созданы Военная организация КПГ и ее курьерская служба, готовились фальшивые паспорта и теракты. Часть денег расхищалась партийной номенклатурой. Так, в 1927 г. «пропали» 3000 марок, выделенные на «покупку продуктов для голодающих советских детей». Тельман запретил партийной печати комментировать подробности этого дела, но оно было предано огласке «буржуазной» печатью.
При попустительстве Тельмана руководителями партячеек часто становились уголовники. Один из них, Эрих Мильке, приговоренный в 1931 г. к смертной казни  за убийство двух полицейских, был переправлен Тельманом в СССР, где закончил школу Коминтерна и позднее стал министром госбезопасности ГДР. С 1929 г. Тельман проводил в КПГ регулярные «чистки», исключая всех, кто пытался противодействовать партийной коррупции или устанавливать контакты с социал-демократами. «Мы откроем в Германии ворота социализму. Мы хотим, чтобы марксистское учение не только в Советском Союзе, но и в Германии в самом скором времени привело к созданию нового социалистического общества», - объявил Тельман в 1932 г. на Гамбургской партконференции. Регулярно бывая в СССР, он прекрасно видел, какое будущее он готовит немецкому народу. Однако в 1931 г. на пленуме Исполкома Коминтерна (ИККИ) Тельман объявил «лживыми» распространившиеся сведения о преследовании религии и принудительном труде в СССР.
В 1928 г. VI конгресс Коминтерна объявил социалистические партии главным врагом мирового коммунистического движения. При этом Коммунистической партии Германии было запрещено создавать политические объединения с социал-демократами. Тельман покорно исполнил волю Коминтерна, что стало одной из причин успеха национал-социалистов на выборах в Рейхстаг 1932 г. (Сталин проявлял заинтересованность в приходе Гитлера к власти, поскольку это означало скорую оккупацию германскими войсками европейских стран. А это, в свою очередь, открывало возможность и давало повод для вторжения Красной армии в эти страны под предлогом их освобождения).
Осенью 1932 г. КПГ организовала в Пруссии совместную с нацистами забастовку против социал-демократического правительства. Тельман разрешил проводить ее под общим красным флагом, на котором в свастику были вплетены серп и молот. Совместная забастовка закончилась отстранением правительства от власти; но тем не менее нацисты в феврале 1933 г., после «поджога» Рейхстага, компартию запретили. Тысячи коммунистов перекочевали в партию Гитлера.  Действительно, многие коммунисты перешли под знамена нацистов и оказались там вполне "на месте". Садист и маньяк Р. Фрейслер в Гражданскую был в России, служил в ЧК, а в нацисткой Германии выдвинулся на пост председателя Народного суда. И фюрер не в шутку, а в качестве похвалы говоривал: "Фрейслер - это наш Вышинский" А уж о рядовых коммунистах и говорить нечего - многие формирования "Красного фронта" вливались в СА в полном составе отрядами.
Вскоре Тельман был арестован; заключение отбывал в берлинской тюрьме Моабит (1933-37), затем в тюрьмах Ганновера (1937-43) и Бауцена (1943-44). В августе 1944 он был доставлен в концлагерь Бухенвальд и там расстрелян.
Улица Тельмана есть в Петербурге, площадь и памятник - в Москве рядом с метро Аэропорт. Поселки в Еврейской автономной области, в Донецкой области Украины, Ташаузской

Дополнение: 

Недавно в архиве Президента РФ были обнаружены ранее неизвестные письма Эрнста Тельмана Сталину и Молотову, написанные в нацистской тюрьме в 1939-1941 годах. Они были опубликованы в российском журнале "Новая и новейшая история" и изданы отдельной книгой в Германии.

Из этих писем мы узнаем, что Тельман, арестованный в марте 1933 года, подвергался неоднократному давлению со стороны гитлеровских чиновников, убеждавших его подать заявление об отказе от коммунистических взглядов.

Условия заключения Тельмана были намного более сносными, чем условия советских политзаключенных. Ему предоставлялись бумага, чернила, газеты, а также были разрешены свидания с женой и дочерью, которые лишь в 1944 году были арестованы и брошены в концлагеря, откуда их освободила Красная Армия.

После заключения договоров о ненападении и дружбе между Германией и СССР тюремные условия Тельмана были значительно улучшены. Его свидания с женой теперь происходили два раза в неделю и длились по 8 часов. Эти свидания проходили наедине, без наблюдения тюремных надзирателей. Поскольку Роза Тельман не подвергалась досмотру, она имела возможность тайно выносить из тюрьмы письма Тельмана советскому руководству. Хотя за Розой было установлено наблюдение, она около десяти раз посетила советское посольство, куда передавала письма своего мужа, которые немедленно переправлялись в Москву. Таким путем в 1939-1941 годах в Москве оказалось 24 письма Тельмана.

В своих письмах, написанных до заключения советско-германского пакта, Тельман подробно анализировал международные отношения и выражал надежду на создание коалиции Англии, Франции, СССР и США, направленной против фашистских держав.

В письме Сталину от 1 марта 1939 года Тельман обращался с приветствием к XVIII съезду ВКП(б). Наряду с повторением банальных штампов советской пропаганды о "грандиозных успехах" СССР и справедливости самой суровой расправы над оппозицией, он высказывал мысли, которые едва ли могли понравиться Сталину. Так, он выражал уверенность в том, что "даже серьезные недостатки и совершенные ошибки в партийной жизни будут обсуждены без страха, открыто перед общественностью на Партийном Съезде. Не только вождь, как избранный докладчик, произносит речь для партийного съезда и русского народа, а все остальные слушают и должны молчать, нет, все могут принять участие в обогащении проблем и установок, высказать свое мнение и этим принять участие в воспитании партии и народа".

Судя по содержанию приветствия съезду, Тельман надеялся на его публикацию в СССР. Однако в Кремле на этот документ была наложена резолюция: "Сообщить строго секретно! Для информации только членам Политбюро!".

Особый интерес представляет письмо от 1 сентября 1939 года, являвшееся откликом на заключение советско-германского пакта. Тельман писал, что пакт оказался для него большой неожиданностью, хотя и до этого он замечал некоторые признаки улучшения советско-германских отношений. "Начиная с конца февраля 1939 года, - писал он, - достопримечательно то, что почти совершенно прекратились в немецкой прессе и радиовещании ложь и клевета против Советского Союза и грязные нападки на его вождейи Даже по кратким заметкам в немецкой прессе относительно 18-го партийного съезда ВКП(б) можно было установить некоторое ослабление в напряженности отношений"[6].

Тельман выражал надежду и даже твердую уверенность в том, что во время переговоров в Москве обсуждался вопрос о его освобождении. "Был ли он разрешен так, что я могу надеяться на скорое освобождение, я могу не знать, - писал он, - но моя сегодняшняя надежда - что "да".

После заключения пакта на Тельмана усилилось давление с тем, чтобы он выступил с заявлением о своем положительном отношении к гитлеровскому режиму. Тельман сообщал, что на все такие предложения он отвечал: "Я именно теперь убежден, что Сталин и Молотов не упустили и не забыли при переговорах в Москве с Риббентропом поставить вопрос об освобождении политических заключенных в Германии, в том числе и меняи для меня вполне понятно, что мои друзья могли поступить только так, а не иначе".

Такой позиции Тельман продолжал придерживаться и тогда, когда стало очевидно, что советско-германская "дружба" отнюдь не привела к изменению его судьбы. Ссылаясь на сведения, полученные от Розы Тельман, исполняющий обязанности начальника разведывательного управления Генштаба Красной Армии Проскуров сообщал в письме Димитрову от 17 февраля 1940 года: "К Эрнсту приходили с предложением подписать бумагу, документ, поносящий коммунизм и об отречении его от коммунизма потому, что его друзья решили покинуть его. В ответ на это он назвал имена руководителей и самого высокого руководителя (имеется в виду тов. Сталин) и сказал, что эти друзья его никогда не покинут".

Тельману не довелось узнать, что, ознакомившись с его письмом от 5 марта 1940 года, выражавшим надежду на "активное вмешательство русских друзей" в дело его освобождения, Сталин наложил резолюцию: "В архив". Столь же безрезультатными оказались неоднократные обращения Розы Тельман в советское посольство с просьбой сообщить, какие меры предпринимает Москва для оказания помощи Тельману.

Возможно, что одним из мотивов безразличия Сталина к судьбе Тельмана были содержавшиеся в письме последнего от 1 сентября 1939 года соображения о губительном влиянии, которое пакт неминуемо окажет на развитие революционного движения во всем мире. Правда, в выражении своих опасений Тельман исходил из сталинистского тезиса о приоритетности государственных интересов СССР над интересами мировой революции. Он указывал, что из-за советско-германских договоров "недолговременно должны пострадать революционные слои мира. Нои каждый последовательный революционер должен положить в основу и поставить выше всего роль и значение Советской России".

Хотя Тельман и был лишен информации о реакции его товарищей по партии на советско-германский пакт, он достаточно точно описал возмущение немецких коммунистов этим пактом. "Часть сочувствующих за границей и бывших товарищей неудовлетворена, - писал он. - и Они ставят вопрос: как это возможно, что Сталин и Гитлер объединились. У них сомнения заходят так далеко, что они даже осмеливаются вымолвить слово "предательство"и Они верят в то, что в случае европейской войны помощь со стороны Советского правительства, оказанная Германии, будет препятствовать уничтожению гитлеровского режима. И их самое горячее желание - освободиться от этого режима - теперь полностью разрушено".

Предвидя неминуемость войны Германии с Польшей, Францией и Англией, Тельман указывал, что советско-германский альянс самым тяжким образом скажется на судьбах компартий в буржуазно-демократических странах и оттолкнет от СССР и коммунизма новые сотни тысяч людей. "Позиция помощи со стороны Советского Союза будет иметь большое значение для Германии и поведет к большему укреплению договора, чем в мирные времена. Для наших партий во Франции, Англии и в США наступит в этом случае очень тяжелое положение, так как тогда германо-советский договор о ненападении будет использован как предлог для полного запрещения легальной деятельности коммунистических партий во время войныи На основе немецко-русского договора нужно предусмотреть рост большой антипатии против Советского Союза в случае войны".

Казалось бы, что в обстановке шовинистического угара, резкого снижения престижа коммунизма для Троцкого и троцкистского движения не остается никакой ниши в политической жизни мира. Однако в преддверии новой войны голос Троцкого звучал неумолчно, вызывая активный резонанс в самых разных социально-политических кругах. Перспективы развития IV Интернационала вызывали неослабевающую тревогу лидеров капиталистического мира. Еще больше страх перед Троцким и возглавляемым им IV Интернационалом был присущ Сталину.

Источники:
1. "Черная книга имен, которым не место на карте России." Сост. С.В. Волков. М., «Посев», 2004. 240 с.
2. Шамбаров "Государство и революция"
3. http://stuff.mit.edu/people/fjk/Rogovin/volume6/xliii.html

 


Leave a comment